Название публикации: Правда о Сибири
Газета: Красный Урал
Дата: 10.08.1919.
Номер выпуска: 31.
Страница(ы): 2
Автор: не указан.
Тематический блок: Гражданская война.
Тема: Монархия, император и его семья, Внутренняя жизнь России, В оккупированных областях, Политические течения, идеологии и партии , Общественные организации (не политические), Антибольшевистские и антисоветские организации и выступления.
Рубрика как указано в источнике: Вне рубрики.
Тип публикации: Статьи прочие.
Персоналии: Колчак, Сыровой, Тольберг.
Топонимы: Сибирь.
Ключевые слова: Кадеты, Сибирское правительство, общественные организации, партии.
Текст публикации
Правда о Сибири.
В долгие скитания по Сибири
я видел слезы… ужас .. кровь…
В. С.
Жизнь в Сибири понемногу „налаживалась”: лиц неугодных, лиц протестующих или несогласных с существующим положением вещей просто напросто сажали в тюрьмы, или расстреливали.
„Правители” определенно говорили: „сначала надо порядок, а потом право: а чтобы утвердить порядок, надо устроить хорошую чистку и немного привести всех в чувство”.
„ 20 левых, 40 правых, выпороть его так, чтобы вспомнил всех своих родных а знакомых”, вот боевые ходячие выражения, которые были у всех господ „правителей” на устах.
Вся жизнь неуклонно шла быстрым темпом к определенному возврату прошлого до революционного времени: все старались переделать на прежнее, старые приемы, старые обычаи замена названий, выражений, многие слова были признаны „нехорошими
для слуха”, как, например, слова комиссар губернии,области,комиссариат труда и т. д… Выли учреждены новые названия, по существу не отличающиеся от Романовских обозначений. Мордобитие, цуканье солдат, страшные наказания— плети, стали
обычным средством „приведения в чувство распущенной черни”, как выразился сам генерал Сыровой. Народ, рабочие, трудовая интеллигенция — они все еще не могла опомниться от такого переворота; конечно, правителям по существу разве было важно знать, как они живут, каково состояние этой массы людей и как они себя чувствуют, ведь „правители” хотели только одного управлять; они хотели только дарить, возвеличивая
себя, а также „не забывая и не обижая своих”, наконец, крестьяне, рабочие и вся трудовая
интеллигенция Сибири поняли, прозрели и увидели точно и определенно все стремления.
все мысли ставленников адмирала Колчака. Многие общественные организации Сибири забили тревогу по поводу стараний „укрепления и закрепления” власти нового правительства, забили ту тревогу, кому понятен страх и заботы за революционные завоевания. Многие организации Сибири выносят постановления об отозвании своих
представителей из ведомств различных правительственных учреждений. Первая определенная мысль, первое определенное отношение к этому правительству выявилось у Иркутских левых партий; „принимая во внимание существующее положенье, а также давая справедливую оценку действий Сибирского правительства, Иркутские общественные организации постановляют отозвать своих представителей из всех ведомств и учреждений правительства Сибири”— вполне понятен смысл данной резолюции. Почти такое-же одинаковое постановление вынесли и другие левые организации сибирских городов. Настроение, отношение к правительству вполне определенное и ясное. Однако,
правительство не смущаясь такими постановлениями издает указы за указами: то указ о
сенате и судебных узаконениях, о присвоении адмиралу Колчаку прав императора, и наконец о наименовании Сибирского правительства всероссийским.
Вслед за отходом от власти крупных общественных организаций Сибири, вся крестьянская и рабочая масса начинает понемногу осязательно чувствовать на своих плечах эти золотые погоны адмирала Колчака. Для всех, конечно, ясно, кто были правителями Сибири: старые и опытные испытанные генералы, надежные лица и люда “государственнаго” ума, одним словом у Колчака нашли себе приют все те лица, которых выбросила революция за борт жизни, как негодный жизненный хлам. Крестьяне и рабочие Сибири начинают понемногу готовиться к решительной защите своих прав и интереса. Все конечно
происходит в подполье, вся работа, вся подготовка происходит с опаской за малейшее подозрение быть расстреленными. Правительство в Сибири продолжает ковать железо пока это нужно и необходимо для „пользы управления”.
Приглашение иностранцев, предоставленье им всевозможных льгот, заманчивые перспективы для них, вызвали появление в Сибири громадной массы хищников, спекулянтов, людей темных и с большим прошлым. Концессия, права, патенты
и преимущество этой заграничной и пестрой толпе, американцев, французов, итальянцев, англичан, японцев и китайцев, такие права и преимущества все время раздавались направо налево. Все, кто мог, стали подготовляться к защите своих жизненных интересов, неустанно организуя „противоправительственные” группы.
Еще с переворотом и обновлением власти Колчака партия кадэ начала оживать, понемногу развиваясь и разростаясь в крупные организации; и дальнейшем на арене Сибирской жизни царит только кадэ и с этого момента так называемая государственная партия начала показывать один за другим трюки, показывая на что собственно
говоря способны эти „государственные умы” и жизни. На заседании какой-то комиссии для решения каких-то комиссионных вопросов, профессор Тольберг определенно и с апломбом заявил, что народ Сибири ждет и недождется царя, заявил, что во многих селах и деревнях Сибири крестьяне громко говорят „Боже дай нам царя”. Господство и власть кадэ шла к определенному направлению: люди „государственного ума” не могут мыслить, думать и смотреть, как только через конституционно-монархическое стекло. “Боже дай
нам царя!!!” вопят крокодиловыми головами люди „государствениого ума”, а народ… а крестьяне… только и ждут, как бы свергнуть и (часть текста не распознана) правление Колчака.
( Продолжение следует )
Просмотр номера, в котором размещена публикация
PDF-версия создана в Лаборатории исторической и политической информатики ПГНИУ на основе оригинала, хранящегося в ГУК “Пермский краевой музей”, в рамках проекта РГНФ № 14-11-59003