Название публикации: О войне
Газета: Пермская жизнь
Дата: 19.01.1917.
Номер выпуска: 331.
Страница(ы): 2
Автор: Л. Л. Толстой.
Тематический блок: Первая мировая война.
Тема: Причина, военные события, этапы и итоги Гражданской войны.
Рубрика как указано в источнике: .
Тип публикации: Художественно-публицистические публикации.
Персоналии: Толстой.
Топонимы: .
Ключевые слова: война.
Текст публикации
О войне
Разсказъ графа Л. Л. Толстого*).
{Посвящается матери моей Графинѣ Софіи Андреевнѣ).
7
Черезъ недѣлю послѣ этого, кавзлле- рійекяя дивизія Теренина участвовала въ наступленіи. Ей было поручено атаковать въ ковпонъ строю пѣхоту непріятеля съ фланговъ, во время ятакп нашей пѣхоты. Дивизія исполнила эту задачу блестяще. Австрійцы были опрокинуты, было забрано въ плѣнъ болѣе трехъ тысячъ нри пушкахъ и пулеметахъ.
Сергѣй Теренинъ во время этой атаки, логко контуженный въ голову, былъ эвакуированъ въ тылъ. Пролежавъ въ лазаретѣ дней пять, онъ отправился въ Россію на поправку.
Онъ уѣхалъ прямо въ Щетвнипо, къ невѣстѣ.
Машенька ждала его, но почему то безъ волненія, безъ прежняго отношенія къ нему.
Въ дожливый, іюльскій день онъ подъѣхалъ па извозчикѣ кь усадьбѣ Мосоловыхъ. Его поразили тпшива и пустота, царствовавшія здѣсь. Бе было кругомъ ня души. Дорога была непролазна отъ грязи. Кругомъ, на сколько глазъ хваталъ, не было видно никого. Точно всѣ люди вымерли. Пе было даже собакъ.
Подъѣхавъ къ дому, Теренинъ вошелъ въ пустую персдвюю. Нарочпо опъ загремѣлъ шпорами. Тогда Машепька, услыхавъ его, выбѣжала къ пему навстрѣчу. Опъ хотѣлъ поцѣловать еѳ въ губы, но опа отвернулась отъ него. Тогда онъ поцѣловалъ ея руку. Опа быстро иосмотрѣла иа него скорбными, блестящими глазами и сейчасъ же почувствовала, что онъ уже не тотъ, что прежде.
— Да. Да. Ты измѣнился, ты другой, — сказала оаа ему испуганно,— ты совсѣмъ другой. Я такъ н думала. Голосъ ея унялъ и она нагзула голову.
— Я? Почему ты думаешь.
— Я чувствую. Вижу,— прошептала она
См. „П, Ж,” № Ій 327, 329, 330.
увѣренно.
— Нисколько,— сказалъ опъ развязно, — я все тотъ же; только контузія мучаетъ. Эго правда. Но ты, вотъ, измѣнилась ко мнѣ. Что съ тобой?
Опъ сдѣлалъ къ ней движеніе, по опа опять рѣзко отвернулась огь него, и вдругъ побѣжала отъ него, схватившись за лобъ. Оаа заперлась въ своей комнатѣ и бросилась на подушку.
Позднѣе она выппа въ гостиную и провела весь вечеръ, сидя съ матерью а ни разу не уединившись съ Теренинымъ.
Иа другой день она поздоровалась съ нимъ холодно, какъ съ чужимъ. Онъ пожалъ плечами.
— Чго съ тобой,— переспросилъ онъ ее съ насмѣшкой.
— Кончено между пааи,— отвѣтила опа серьезно,— кончено навсегда. Я угадала? Да?
Онъ не хотѣлъ лгать ей, не хотѣлъ увѣрять ео въ томъ, что она сшиблась. Она инстинктомъ почувствовала, что онъ разлюбилъ еѳ, что онъ можетъ быть никогда не любилъ ее, и онъ зналъ, что она была права.
Онъ уѣхалъ изъ Щетинина въ Москву къ своимъ роднымъ.
Вернувшись черезъ мѣсяцъ на фронтъ, онъ былъ вскорѣ убитъ въ одномъ лихомъ дѣлѣ своего полка.
8
Прасковья осталась работать въ лаза ретѣ, гдѣ лежалъ Пестероьъ, я широкая воляа общественнаго труда такъ мощно подхватила ее, что опа съ дрожью въ спинѣ вспоминала о своемъ прежнемъ отношеніи къ войнѣ, и думала: «Какъ я могла вообще о чемъ ппбудь разсуждать, какъ я могла сидѣть дома въ то время, какъ здѣсь творятся этакіе ужасы. Какъ я могла не ѣхать сюда съ самаго начала?
Сердце оя сжималось отъ раскаянья, и она старалась скорѣй наверстать цотерян-
ное время, работая иногда круглыя сутки, до изнеможенія. То она сидѣла у постели медленно выздоравливавшаго Нестерова, то принимала и перевязывала раневыхъ; иногда присутствовала н помогала при опера ціяхъ.
Къ концу сентября Нестеровъ настолько поправился, что его рѣшено было эвакуировать въ Москву, гдѣ хирургъ долженъ былъ вытащить изъ его изуродованнаго лгца еще нѣсколько раздробленныхъ костей н вообще заняться пмъ. Шея у него зажила, но, какъ и предсказывали, была съ одиой стороны укорочена, и то такъ, что голова навсегда осталась склоненной на одну, правую сторону. Часть верхней губы у него была совершенно оторвана, что обнажало верхнюю десну, придавая выраженію его лица какое то звѣрское, отталкивающее выраженіе. Носовыя кости были тоже раздроблены.
Когда Прасковья въ первый разъ увидала голову СЕоего жениха безъ повязокъ, эту когда то благообразную, милую голову Владимира Николаевича, ей стоило большихъ усилій сохранить внѣшнее спокойствіе.
— Хорошъ сталъ? А?— спросилъ ее Нестеровъ странно шепелявя, и стараясь улыбаться одной нижней губой.
— Ничего, ничего, поправишься еще, сказала опа тороплено, въ Москвѣ что ви- будь придумаютъ…
— Искусственный носикъ и нскусствезная губка,—прошепелявилъ Нестеровъ.
— Ну чтожъ. Хоть бы такъ.
Нестеровъ улыбнулся н махнулъ руюй.
— Бросьте меня лучше,— сказалъ онъ, бросьте, оставьте. Вы еще такъ молоды…
Они говорили другъ другу то «вы», то «ты», постоянно сбиваясь. Въ первый разъ онъ заговорилъ о томъ, что вѣроятно постоянно иучнло его га послѣднее время.
Прасковья молча взяла его за руку,
— Знайте,— сказала она тихо,— я никогда нс измѣню моего отношенія къ вамъ, что бы ни было съ вами, пока вы живы, пока,..
Оаа не договорила. Оаъ взялъ ея руку и нодаесъ къ твердымъ, обваженпымъ зубамъ.
-— Быть щеной урода,— сказалъ онъ
все такъ же шепелявя, развѣ можно съ такимъ показаться гдѣ нвбудь, въ театрѣ, напримѣръ. Вѣдь стыдно.
— Стыдно. Напротизъ, я буду тобою гордиться, всегда и вездѣ.
— Спасибо,— промычалъ опъ глухо,
Эготъ короткій разговоръ за нѣсколько
дпей до ихъ отъѣзда разъяснялъ имъ ихъ отношенія. Несмотря на физическоо уродство Пестерова, Прасковья продолжала смотрѣть на него какъ на своего жениха и опредѣленно высказала ему это. Олъ же не желалъ дѣлагь ео несчастной, но пе могъ и не хотѣлъ скрывать отъ нея своего глубокаго чувства въ ней.
Вдвоемъ они уѣхали въ Москву. Проѣзжая мимо Щетинина, они рѣшили заѣхать сюда, хоть дня на два повидать старушку мать н Мишеньку.
Еще одна смерть стряслась надъ ними за этотъ мѣсяцъ. Убить Сережа Теренинъ, Машенька подробно разсказала сестрѣ въ своихъ письмахъ къ пей о евэемъ послѣднемъ свиданьи сь женихомъ.
Прасковья хорошенько не понимала, въ чемъ тутъ было дѣло. Ояа не могла перенестись въ молодой романъ Машеньки, основанный не на теплой, сердечной привязанности, какъ у нея, а на какомъ то чувственномъ, минскомъ инстинктѣ. Стзло быть инстинктъ этотъ вдругъ нарушился чѣмъ то, н весь ихъ романъ испарился какъ дымъ.
Сергѣй Теревивъ былъ вскорѣ послѣ послѣдняго посѣщенія Щетинина убитъ. То варвща разсказывали, чго опъ какъ, будто желалъ смерти. Такъ ли эіѵ? Неужели онь искренвэ любилъ Машеньку? Чго то неясное было во всемъ этомъ.
Такъ думала Прасковья, въ началѣ октября подъѣзжая къ Щетининскому дому. Рядомъ съ вей, въ коляскѣ, закутанный въ енотовую шанель, сидѣлъ Постеровъ. Былъ морозный, ясный день. Осеннее яркое солнца освѣщало оголенный садъ и аж ры – тую за ночь инеемъ еще зеленую траву лужайки передъ домомъ. Мпряо паслись телята за канавой, въ яблочзомь саду. Вдали шумѣлъ поѣздъ. Тишина и спокойствіе царили здѣсь, въ опустѣвшей, обезлюдившей деревнѣ,
Праскосья была поражена рѣзкой перемѣной происшедшей съ ея матерью за время ихъ разлуки. Оаа постарѣла сразу на нѣсколько лѣтъ. Чю такое случилось съ пей?
Смерть Терепина или равы Нестерова не могли такъ подѣйствовать на пео. Сынъ ясѳ ея Алеша былъ по прежнему живъ н здоровъ, и на пего нолрежвему сыпались военныя награды и кресты.
— Мамочка. Милая. Что съ тобой,— вскрикнула Прасковья, цѣлуя дряблыя, бѣлыя щеки катера.
— Иачѳго. Я здорова. Только коиечпо очень угнетена. Ну гдѣ же онъ? Гдѣ бѣдный Владиміръ Николаевичъ?
— Сейчасъ онъ идетъ.
Нестеровъ входилъ въ эго время въ комнату. Рядомъ съ намъ шла Машенька, смущенная его страшнымъ видомъ.
Старуха М солова вскочила къ нему на встрѣчу. Оаъ нагнулъ голову, чтобы поцѣловать ея руку, потомъ поднялъ иа нее глаза. Ояа увидала его и поблѣднѣла еще больше, ни слова пе говоря.
Оаъ заговорилъ нервый.
— Не пугайтесь. Лучше ве смотрите на меня. Смотри іѳ, вотъ, на нихъ. Иу, какъ вы чувствуете себя?
Вмѣсто отвѣта, старушка зашаталась, хватилась руками за кресло, и упала бы на полъ, если бы ее не подхватили на руки. Ее положили тутъ же ва диванъ. Долго она пе могла придти въ себя. Потомъ понемногу стала опоминаться.
— Умирать пора,— повторяла она, пора, пора, а надо жить. Бѣдные, бѣдаыо люди.
Ей дали крѣпкаго чаю, и опа пришла въ себя.
— Я не ожидала, что опъ такъ ужасно раненъ— сказала она Машенькѣ, когда поздно вечеромъ всѣ разошлись по своимъ комнатамъ.— Бѣдный Владиміръ Николаевичъ и бѣдная наша Параша.
— Оси не такъ несчастны, какъ ты думаешь,— сказала ей Машеяюа, уходя изъ ея спальни,— они любятъ другъ друга… Онъ чистый, сильный человѣкъ.
На слѣдующее утро, въ то время какъ всѣ пили кофе въ столовой, внизу, въ передней вдругъ раздался чей то странный, громкій и отчаянный вой.
Машенька и Прасковья обѣ вскочили ко свонхъ мѣстъ и бросились внизъ во лѣстницѣ. Въ передней стояла баба, вся закутанная теплымъ платкомъ н громко выла, приговаривая:
Машенька узнала въ ней солдатку Марѳу.
— Что съ тобой,— спросили еѳ сестры въ одинъ голосъ.
— Убили моно-то. Убили Ляксѣя маво. Осталась я тепереча, сирота ва бѣломъ свѣтѣ безъ головы большой, безъ совѣтчика. Барышни, голубушки мои сердечныя. Одппъ опъ былъ у мевя. Одинъ былъ опарою, одинъ надежой увеей. Убила на вой-.. пѣ. Вотъ оно письмо-то. Хвилипаъ Зоринъ пвшзтъ сестрѣ. Матушки. Господи. Царица Цебпспая. Чтежъ я теперь дѣлать буду адовой горемкшпою. Пропаду я, сердечныя, Пропаду я съ ребятами со своими.
Оаа всхлипывала и грязной, жилистой рабочей рукой стирала слезы, катившіяся по ея грубымъ щекамъ.
— Взрыпши, золотыя,— продолжала она
нараспѣвъ,— и за что эго такое мученье. 8а что кровь христіанская льется. Ребята то, ребята мои, Цпшшіу,— говорю инъ,— убили. Запыли, заплакали. Всю душу кою надорвали. Только собрала сну вчергсь гще цоеылочку одаое. Только новчѳ хотѣла ва стапцію отнести–сухарей иасушила… Что это. , | ‘ т
Но тутъ она уже не ‘когля продоляжтк] Голосъ ся оборвался. Протяжный, дикій и страшный вой вырвался изъ ся надорванной груди. Эго была ве баба, а какой то одинокій, жалкій, истерзанный звѣрь. Вдругъ она стпхла, схвэтившгсь обѣими руками за лицо.
И вдругъ настала твіпяна. Прасковья взглянула въ окзо. Сквозь слезы она увидала садъ, голубое небо и солнце, освѣщавшее зеленую траву луга, и ей показалось, что она не на землѣ, а въ какомъ то душномъ, сар.тдпонъ домѣ безумія. . .
Какіе то странные люди проходила «ергзъ лужайку передъ домомт. Эго были плѣнные, работавшіе въ усадьбѣ. Лица нхъ были ужасны своей мрачной подавленностью. Оин чувствовали тоже, что н она.
Гр. Л. Толстой.
Просмотр номера, в котором размещена публикация
PDF-версия создана в Лаборатории исторической и политической информатики ПГНИУ на основе оригинала, хранящегося в ГУК “Пермский краевой музей”, в рамках проекта РГНФ № 14-11-59003